Good Wine — импортер и магазин в одном лице! 3000 вин из 40 стран, 1000 виски и крепкого алкоголя
  • ua

Форма поиска

Новости

Josko Gravner

27 апреля 2010
Этот хранитель-крестьянин обожает свою землю, свои виноградники, свои растения, все вместе и каждое в отдельности. Он слушает их, благоволит им. Так и получается, что его обращение с землёй продиктовано самой природой, он находится в постоянном взаимодействии с ней, причём всё это происходит самым естественным образом, в гармонии с окружающей средой, во взаимоотдаче, продуктивной и сбалансированной, будто бы ему доверена важнейшая миссия по охране окружающей среды: Йошко отвергает любой произвол и насилие. Он вспыхивает, когда речь заходит о гербицидах, инсектицидах, пестицидах и любых других химических синтетических веществах. Он отбрасывает всё то, что может обеднять грунт. На его винограднике чередуются фруктовые и оливковые деревья, кустарники. Там гнездятся птицы.

В погребах, где хранятся амфоры, возникает ощущение, что это средневековый склеп, ловятся запахи сладкого ладана, свечных огарков, сырой земли. Новые амфоры закапываются в землю в три ряда по семь. 21 яма в земле. 21 дыра, ведущая в недра. Думается, что вино добыто прямо из недр земли, и этим оно волшебно... Когда Йошко рассказывает о том, как он задумал применять на своей земле амфоры, в его глазах загорается озорной огонёк. Это был переломный момент: окончательный разрыв с прошлым, с его личным прошлым, момент полного осознания универсальных ценностей, вековых традиций, утраченных и вновь обретённых, возникших в его обыденной заурядности, ограниченной рамками обособленности и скоротечности.


Это был переломный момент: окончательный разрыв с прошлым, с его личным прошлым, момент полного осознания универсальных ценностей, вековых традиций, утраченных и вновь обретённых, возникших в его обыденной заурядности, ограниченной рамками обособленности и скоротечности. Кавказцы, как и римляне в своё время, до сих пор оставляют вино в закопанных глиняных кувшинах. Вот такие амфоры ёмкостью в среднем по 600-700 литров Йошко привёз с Кавказа под вино. «Кавказская глина – как жевательная резинка, я нигде не видел такой глины, из которой можно было бы делать предметы таких размеров» - рассказывает он.
Кавказцы, как и римляне в своё время, до сих пор оставляют вино в закопанных глиняных кувшинах. Вот такие амфоры ёмкостью в среднем по 600-700 литров Йошко привёз с Кавказа под вино. «Кавказская глина – как жевательная резинка, я нигде не видел такой глины, из которой можно было бы делать предметы таких размеров» - рассказывает он.Амфоры в погребе Гравнера закопаны в землю. На вид – они из добротной глины, внутри промазаны пчелиным воском, водонепроницаемыми, вместе с тем, пористым - таким образом, воск не препятствует микро окислительным процессам. При процессе мацерации Гравнер добавляет только дрожжевые культуры, а перелив в бочки проводится в дни ущербной (убывающей) фазы Луны. Вот и вся премудрость!


Амфоры в погребе Гравнера закопаны в землю. На вид – они из добротной глины, внутри промазаны пчелиным воском, водонепроницаемыми, вместе с тем, пористым - таким образом, воск не препятствует микро окислительным процессам. При процессе мацерации Гравнер добавляет только дрожжевые культуры, а перелив в бочки проводится в дни ущербной (убывающей) фазы Луны. Вот и вся премудрость! Многие улыбнутся на это, а Йошко застенчиво признаётся: «Мой отец говаривал, что кто смотрит на Луну, тому попасть в яму, а я, честно говоря, верю в такие вещи». После снятия с осадка и перелива в деревянные бочонки добавляется один грамм сернистого ангидрида на один гектолитр (на 100 литров), и больше ничего, только время. Природа сама о себе позаботится… Во взгляде Гравнера читается спокойная уверенность. Ведь он – человек, знающий, как и куда шагать, он крестьянин, понимающий свою землю, и теперь он уверенно идёт навстречу своему будущему вину…

В прошлом у него была масса экспериментов, много испробованных методик, но он всегда оказывался впереди других: будь то краткая мацерация холодным способом, или баки из нержавеющей стали с контролем за температурой брожения в них, или созревание вина в бочонках типа баррик…«В вино я почти ничего не добавлял, - говорит он как бы в своё оправдание, - помимо раствора сернистого ангидрида, одно время я добавлял бентонин или коллоидную глину». Ну, надо же, глину! Сколько же было хлопот, сколько испробовано вариантов! Не раз он заходил в тупик, иногда попадал на уводящий в сторону путь. Но в итоге Йошко сумел соединить рубежи разных эпох, проникнуть в суть малого, самого казалось бы незначительного, познать природу во всей её полноте и непререкаемости. Смотришь на Йошко и понимаешь: природа дала ему талант. И щедро дала ему возможность раскрыть его.

 

Спасибо, ваше мнение важно для нас!